Восточная Сибирь

Географическое описание Восточной Сибири.

zsmsputnik.ru ООО «Спутник».

Классовое неравенство

Вопрос об эксплуатации народных масс при феодализме путем взимания налогов и феодальной ренты господствующим классом (в лице государства или отдельного собственника-феодала, а равно и держателя условного земельного пожалования) представляет интерес не только сам по себе, но является еще и важнейшим критерием при установлении наличия феодальной собственности на землю как на главное средство производства, так как только право собственности на землю в любых ее формах (в том числе и условного землевладения) является экономическим и правовым условием, обеспечивающим возможность взимания с крестьян-земледельцев и скотоводов феодальной ренты-налога.

Исследователи социальной истории, в частности аграрных отношений стран древнего и средневекового Востока, в той числе и Средней Азии и Казахстана, отмечают огромную сложность проблемы земельной собственности на Востоке, поскольку «конкретный материал по истории этих стран буквально насыщен всевозможными родо-племенными и общинными институтами». Однако, основываясь на известном положении К. Маркса о неразрывном единстве эксплуатации и монополии (т. е. собственности) эксплуататоров на средства производства, советские историки убедительно доказывают в своих исследованиях, что под различными внешними формами общинного, родо-племенного и другого землевладения скрываются классовые отношения, основанные на собственности на землю. Крупнейший исследователь эпохи феодализма Б. Ф. Поршнев указывает на определяющий характер земельной собственности: «Эта собственность господствующего класса на главное средство производства и была постоянной, неизменной основой феодального строя». «...Историческая действительность показывает, что при любом видоизменении феодального строя в разных странах и в разные эпохи главное средство сельскохозяйственного производства — земля неизбежно оставалась в монопольной собственности господствующего класса».

Обладатели земельных условных пожалований в Могулистане, в том числе в Юго-Восточном Казахстане, владетели уделов, предводители племен и родов, имели пожалованные земли, юрты кочевых племен на условных, ограниченных службой хану правах (хотя постепенно добивались и безусловных прав) или под внешним прикрытием права родо-племенного землепользования, но тем не менее их можно считать собственниками земли, так как налицо было основное, что давало им владение землей — это получение в виде налогов и повинностей прибавочного (а нередко и необходимого) продукта, создаваемого на пахотной и пастбищной земле земледельцами и скотоводами.

Наши исследователи убедительно доказали несостоятельность точки зрения буржуазных историков, приписывающих кочевым народам внеклассовый путь развития. Доказано, что не было особого «кочевнического способа производства» и соответствовавших гкобы ему особых», бесклассовых общественных отношении. Кочевые народы (а точнее, полукочевые, так как «чистых» кочевников было фактически очень мало) развивались по общему пути, в соответствии с объективными социально-экономическими законами, определяющими развитие всего человеческого общества.

Классовое неравенство, феодальные общественно-экономические отношения были такой же закономерностью у кочевников-скотоводов на определенном этапе социального и экономического развития, как и у оседло-земледельческих народов.